Когда заканчивается совещание, вечер рушится первым

Когда в шесть вечера заканчивается совещание, первой гаснет улыбка. Днём всё получается. Отвечаю в мессенджере, сдаю отчёт, обедаю со всеми. Никому не придёт в голову, что я разваливаюсь.

Беда начинается, когда закрывается входная дверь. Не включаю свет и долго сижу в прихожей, не сняв обуви. Надо помыться, надо поесть, а тело не слушается. Десять минут превращаются в полчаса, потом сижу в телефоне, и ночь кончается. А утром снова делаю нормальное лицо.

Выходные такие же. Встречи откладываю, стирка копится, лежу на кровати и считаю узоры на потолке. Вроде отдых, а на отдых не похоже. К воскресному вечеру понедельник уже давит, и непонятно, кому объяснять эту тяжесть. Друзьям говорю только: «Что-то я в последнее время устаю». Хотя слова «устаю» на самом деле мало.

Это была не лень

Какое-то время виню себя. Другие как-то справляются, почему же я к вечеру ничего не могу? Но если подумать, весь день уходит на то, чтобы играть человека, у которого всё в порядке, и силы кончаются ещё там. Что к вечеру ничего не остаётся, не странно.

Но как называется это состояние, решать не мне. Это можно узнать, только поговорив лично, поэтому ищу, куда можно обратиться за консультацией.

Однажды ночью, так и сидя в прихожей, открываю still().

Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас;

От Матфея 11:28 (Синодальный перевод)

Задерживаюсь на слове «труждающиеся». Похоже на фразу, в которой кто-то первым заметил, что мне тяжело. Ни «старайся», ни «держись», только обещание дать отдых, и в тот день я просто снимаю обувь и включаю свет. Этим всё и ограничивается. Решаю, что этого достаточно.

Дыхание на сегодня — Снять обувь и включить всего одну лампу.

Если такие вечера тянутся уже несколько дней, не терпите в одиночку, скажите об этом в ближайшей клинике или консультационном центре. А если на душе так тяжело, что трудно выдержать этот момент, можно позвонить на одну из линий помощи, указанных ниже.